Диалог

— Как бы вы сформулировали ваши музыкальные пристрастия?

— Люблю Баха и Бетховена, Вагнера и Моцарта, Шопена, Стравинского, Мусоргского, Шостаковича... В наш век бурной информации только музыка великих страстей может достучаться до сердца человека.

— Не кажется ли вам, что в общем музыкальном потоке танцевально - развлекательный элемент явно преобладает над музыкально-смысловым?

— Это естественно. Развлекательная музыка, по моему мнению, не ставит проблем, тем более не решает их. Это музыка потребления. Ее можно, слушая, не слышать. Это звуковой фон. Серьезная песня, поднимающая какие-то проблемы, может вызвать чье-то недовольство, кому-то не понравиться. Возможно, поэтому так оказываются живучи «кровь, любовь, вновь...»

— Я вспоминаю 60-е годы. Тогда «любовь, вновь» тоже имели место. Но были песни Пахмутовой, которые пели люди всех возрастов, баллады Фельцмана и Рождественского, песни на стихи Евтушенко...

— Да, эти песни успешно выполняли свою функцию. Но с ними, если вы помните, прекрасно уживались и «чудо-песенки», и «черные коты», и «ландыши».

— Помню последнее интервью с А. Эфросом, где он говорил, что надоели шумные изобретения, бесконечные ритмы, что хочется видеть тихое, человеческое, сердечное.

— В этом случае надо идти на концерт камерной музыки. Мои родители не были музыкантами. Они с удовольствием слушали старого Лещенко и Вертинского, танцевали фокстрот и танго. Но надо было видеть, как они собирались на оперные спектакли! Оперный театр был храмом искусства.

Однако я в принципе против того, чтобы какой-то жанр превалировал над другим. Нужны программы симфонической, фольклорной, камерной, духовой и обязательно рок-музыки, чтобы молодежь не почувствовала дискриминации ее интересов.

Беседу вела И. Зинкина. Фото В. Плотникова