Расскажите об авторе и исполнителе песен Александре Градском.
М. АБРОСИМОВА, 0. ГНЕВНЫХ, Ю. БОБЫЛЕВ и еще 27 наших корреспондентов из Челябинска, Магнитогорска, Златоуста, Коркино, Копейска, Миасса.
ПЯТЬ пет назад 23-летний Александр Градский окончил вокальное отделение института имени Гнесиных.
Пять лет назад Александр Градский окончил работу над музыкой к двухсерийному фильму «Романс о влюбленных».
Надо было делать выбор... Опера или гитара?
Градский выбрал оперную сцену. Его пригласили на стажировку в крупнейший столичный театр. Он пришел туда с желанием петь не как все. Конечно, были и робость, и волнение новичка, но прежде всего было стремление сказать что-то свое. Он стал петь в нескольких спектаклях, и публика приметила молодого артиста. Пел, но все больше понимал: публика скорее оценивает техническое мастерство, чем сопереживает драматическому действию.
— Словом, контакта с традиционной оперой не получилось, — чуть грустно заметил Александр, — хотя я до сих пор с большим уважением отношусь к опере и считаю многие спектакли просто великолепными. Но не по мне, когда зрители приходят просто послушать, какой у певца тембр, как он берет ту или иную ноту.
У Градского было имя в эстрадном мире, была отличная рок-группа «Скоморохи», были заманчивые предложения петь в кино, на эстраде. Но что-то помешало ему выбрать этот вариант.
Что? Помните, он пришел в театр с желанием петь не так, как все.
Не так, как все.
Возможно, это его главный творческий принцип.
САША Градский внял в руки гитару в начале шестидесятых, когда она только-только входила в моду. Многие хотели научиться бренчать, Саша же решил научиться играть на гитаре не хуже, чем на скрипке (он тогда занимался в музыкальной школе по классу скрипки). Через три года четырнадцатилетнего певца и гитариста взяли в свою группу польские студенты, которые учились в Москве. Еще через два — его пригласили в группу «Славяне», одну из первых битовых групп в нашей стране. Еще через два — Градский сам собрал новую группу «Скоморохи».
Шел 1967-й. «Поющие» и оные «гитары» тиражировали мотивчики с глубокомысленными «о-о-о-о» и «дай-дай-дай». А Градский писал и пел на стихи Асеева, Маршака, Бернса, Шекспира, сочинил и поставил со «Скоморохами» мини-рок-оперу «Муха-цокотуха» по мотивам сказки Чуковского. Упорно искал не только свой репертуар, но и свою манеру исполнения: доходчивую, но сложную, с трехоктавным диапазоном, драматическую, но не мелодраматичную.
Не так, как все...
В семьдесят первом его пригласил Давид Тухманов участвовать в записи, пожалуй, самых сложных песен диска «Как прекрасен мир» — «Жил-был я» и «Джоконда».
— Тухманов — талантливый композитор. И песни были хорошие — не мелодичная халтура. Но как-то не стали их петь люди. И я не могу до сих пор простить себе, что согласился петь в той манере, которую мне предложили. Я там не пою — плачу, а стихи Семена Кирсанова (помните, там подзаголовок «Строки в скобках») уж никак не слезливые.
В СЕНТЯБРЕ семьдесят третьего, когда Градский терзался сомнениями — опера или эстрада? — телетайп принес весть о трагедии Чили. Личные сомнения сразу отошли куда-то далеко... Четырнадцатого сентября Саша встретился с поэтессой Маргаритой Пушкиной, и тут же они стали работать над рок-оперой «Стадион», посвященной смерти Виктора Хара.
— У нас практически не было материала для либретто. А мы задумали написать оперу как политический репортаж. Поэтому собирали, изучали документальный материал: из газет, протоколов, допросов очевидцев, публичных выступлений главарей хунты. Отбирали фразы, детали, факты. Нам часто не нравилась наша работа, конечный вариант «Стадиона» — третий. Правда, музыка была написана быстро, наверное, в процессе длительной работы над либретто музыкальные темы как-то отстоялись, отложились в сознании.
Они работали четыре годе.
Но Градский в это время не жил затворником.
Он пел в художественных фильмах и «мультиках». Стал лауреатом на конкурсе «Братиславская лира». Европейский журнал «Музыкальная неделя» присудил ему почетный диплом «Звезды года» за 1974—1975 годы. Записал вместе со «Скоморохами» и маленькую пластинку.
Были и еще гастроли, конкурсы. записи, съемки... Но рассказывая о них, Александр нередко задумывался и вспоминал свои заслуги. Мне показалось: звания и регалии не очень-то заботят его.
Что же заботит?
«СТАДИОН». У него пока нелегкая судьба — велись переговоры с некоторыми эстрадными коллективами, и пока неудачно (главная проблема, как ни странно, — сложность оперы!).
Еще забота. Во время работы над «Стадионом» Градский накопил большой запас музыкальных тем, причем тем не для песенок-шлягеров.
К тому же он по-прежнему продолжает писать камерную музыку, недавно, например, закончил цикл романсов на стихи С. Черного и А. Васильева, которые исполняет в сольных концертах. Трудно продвигается работа и над камерной оперой по мотивам первой редакции драмы М. Лермонтова «Маскарад».
— И все же пишу потихоньку и новые песни. Трудно не писать, — сказал Саша и напел мне, «пока по секрету», одну мелодию.
