Как молоды мы... есть!

"МГ" благодарит продюсерский центр "Класс-Клуб ДжасКрафт" за организацию встречи с Маэстро
Как молоды мы... есть! - Александр Градский


3 ноября Александру Градскому исполнится пятьдесят лет... С ума сойти, как летит время! Казалось бы, только вчера мой брат хвастал купленным в магазине миньоном с песнями из кинофильма "Романс о влюбленных", потом мы вместе с ним до дыр запилили маленькую пластиночку, открыв для себя поэзию Роберта Бернса, а в начале 80-х уже я день за днем крутил на бобиннике магнитоальбомы, на которых Александр Борисович пел Сашу Черного и Рубцова...

Перед своим недавним выступлением в Минске на репетиции Градский слегка надорвал голос, потому был едва заметно зол, материл зал, микрофон, звук, приводил в легкое замешательство главу центра "Класс-Клуб ДжасКрафт" Геннадия Шульмана заявлениями "все, надо концерт отменять". На предложение подлечиться коньячком Александр отвечал отказом...

- Я слушал, как вы распевались и настраивали гитару, Александр Борисович, и думал о том, как же проще готовиться к выступлениям многим нашим рок-музыкантам. Вопрос о подготовке здесь даже вообще неуместен вышел, спел и сыграл, как Бог на душу положит...

- Может быть, в этом тоже есть своя правда... Я же работаю, самовыражаясь, а там - наоборот: самовыражение становится идеей, через самовыражение появляется значение. Но, повторюсь, ничего плохого в таком подходе нет.

- На такой случай, когда вдруг "забарахлил" голос, и пригодилась бы "фанерка". Публика бы вас поняла.

- Да будет работать голос! Я и припомнить не могу, что из-за проблем с голосом я что-то отменял; все равно работал, пел, может, хуже, но работал. Все равно, если я спою плохо, это будет лучше, чем спел бы любой другой (смеется. - О'К).

- В эти дни вас будут донимать похожими вопросами, но уж, позвольте, я все-таки задам один из таких. Если оглядываться назад, на что не стали бы тратить время, чем вы наиболее гордитесь из сделанного?

- Сожаления о каких-то поступках нет. Были неточности в поведении, как у любого человека, но нет такого, чтоб мне было за что-то неудобно или стыдно. Вот не удалось сделать, это да, массу вещей, массу! К примеру, пока фильм не снял, а мог бы. Дело даже не в том, есть ли у меня идея на сей счет - технически мог бы снять. Мировой славы нет, а могла бы быть, исходя из данных и умения. То есть, обобщая, я бы именно так и сказал: могло что-то быть, но нет; можно сожалеть, а можно радоваться тому, что имеешь потенциал к тому, что могло бы быть. Это важный момент: когда ты здорово научился что-то делать, совершенно не важно, заметили это или не заметили. Такая более восточная психология, потому что в психологии европейского человека обязательно достичь результата и видеть, что тебя оценили, оценили твой результат... Я все больше восточней становлюсь, и мне становится совершенно наплевать - оценили, не оценили. Даже если я завтра буду петь не в полную силу, мои зрители додумают, что было бы, если бы я был здоровее. Им даже почти неважно состояние моего голоса, они и так знают, как я работаю.

А больше всего я горжусь своими детьми!.. Большой театр, "Карнеги-холл", пара мощных концертов в Москве, весь комплекс пластинок, которые были записаны, ни за одну из них не стыдно. Театр в Москве я строю, может, построю через какое-то время.

- Нет мысли сыграть роковый, электрический концерт?

- Была и есть. Я сделаю его. Не со всеми теми музыкантами, с которыми я работал в разные годы: Сережа Зенько умер... Володя Васильков здравствует, слава Богу. Игоря Бутмана позову, еще кого-нибудь... Сделаю, сделаю. Жесткое такое что-нибудь, очень жесткий рок-н-ролл, чтобы было понятно, кто играет, а кто не играет. Сейчас вот этот этап закончится, классический. В Минске был предпоследний концерт с классикой. Будет еще в Москве и все. Не хочу больше.

- К юбилею ничего специально не готовили? МАШИНА к своему тридцатилетию фильм сняла...

- Да ничего я не делал! Основной этап прославления будет потом... после того, как человека уже похоронят, тогда и пойдет настоящее, это я уже знаю. Чувствуется, что так оно и будет. Если ты смотришь какой-нибудь фильм и хорошо разбираешься в сюжетных линиях как таковых, то иногда можешь предполагать, чем дело закончится, кто убийца, скажем. И мне уже на этом отрезке ясно, что будет потом.

- Вы преподаете сейчас?

- Нет, уже три года. Надоело. Талантливые люди-то есть, просто все это для меня связано с какими-то потрясениями, нужно быть очень внимательным, учитывать других людей. Я не умею этого. Был бы какой-нибудь класс - преподавал бы молодым ребятам, а быть профессором ГИТИСа, завкафедрой... Ну я два года поиграл в это и хватит.

- Никого из своих учеников выделить не хотите?

- ...М-м-м... Нет, никого... Не хочу... Так, чтобы я был за кого-то горд или рад, - нет такого на сто процентов.

- Что является главным для вас сегодня? Что осталось для вас памятным за последнее время?

- Главное - строительство театра. Из концертов в памяти останется "Карнеги-холл", красивый концерт. До сих пор действует японский контракт, по которому я там должен выступать не чаще одного раза в год. Правда, в том году было два таких концерта, зато в этом - ни одного. Я приглашенный исполнитель, на меня не ставит фирма, я просто русский певец, русская звезда.

- Вы из тех музыкантов, которые скептически относятся к нынешним нашим исполнителям...

- Наверное. Бесполезно говорить о ком-нибудь что-то хорошее. Я думаю, это оттого происходит, что когда любой молодой исполнитель сейчас начинает карьеру, ему нужны какие-то планки, стимулы, какие-то видения впереди, он должен знать, чем дело закончится. А он смотрит и думает: ну хорошо, я буду работать, буду стараться, но я не хочу петь так, как Икс или Игрек, которых я вижу по телевизору, а других-то я не вижу. Вывод какой: либо я должен делать так, как они, и тогда меня покажут, либо я никуда не выйду, если буду делать так, как хочу. Он не видит примеров реализаций того направления, которое он любит и в котором хочет работать. Он не видит вот этого - реализовано и одобрено, у него нету стимула... Вот Игорь Бутман играет блестяще, но это не группа, а солист.

- Сейчас много говорят про Земфиру. У вас есть на этот счет мнение?

- Я видел ее. Бред. Очередной советский бред. Человек ничего не умеет. Единственное, что умеет, - быть интересным. Это немало. Она интересна, она занимательна, у нее свое лицо, она ни на кого не похожа, и этого достаточно... в Советском Союзе. Чтобы быть известным какое-то время. Но этого недостаточно, чтобы быть известным тридцать лет. Я не вижу сейчас таких музыкантов, которые смогли быть на виду хотя бы пяток лет. Причина простая: они не идут в этом направлении. Для того, чтобы в этом направлении работать, нужно полностью отказаться от внешних эффектов и думать только о серьезе и внутреннем содержании: зачем ты поешь? Просто самовыражаться? Это не ответ, это плохой ответ. Нести что-то людям? Банальный ответ.

- У вас в одной из песен есть фраза о самовыражении...

- "Просто самовыражаться, не ожидая перемен". Но здесь совершенно другое подразумевается! Самовыражаться профессионалу - это одно. Самовыражаться человеку для того, чтобы просто посамовыражаться, о чем я вам говорил ранее, как личности, для этого не обязательно быть на сцене. Иди чеканкой занимайся.

- Как скоро ждать новый альбом Александра Градского?

- Нескоро. Лень. Материала мало. Я вот делаю сейчас кино, не знаю, получится или нет. Кстати, с белорусами вместе, русско-белорусский фильм. Игровая картина, об Отечественной войне, с очень серьезным сюжетом. Там мои песни, моя музыка. Но пока непонятно, будет картина удачная или нет.

Олег КЛИМОВ (1999г.)

Предыдущая публикация 1999 года                         Следующая публикация 1999 года

Просто реклама и хотя музыка здесь не причем скачать бесплатно CD online

Проблема состоит не в Сталине, и не только в Сталине, а вообще, действительно, в национальных чертах нашего народа, а именно в мифологии, в мифологичности русского человека, в его любви к сказкам, к мифам. И это касается не только Сталина, это касается певцов, писателей, музыкантов, актеров, политических деятелей, спортсменов, всех. Мы создаем себе мифы, которые таковыми не являются, мы возводим их на пьедестал, потом начинаем им поклоняться, потом, когда через поколение, через два выясняется, что это просто никто, мы забываем его и так далее. Вот этим мы занимаемся 400 лет.... Подробнее




Яндекс.Метрика