Продавец радости

Татьяна МАРЧЕНКО

Алексей Храповицкий: "Когда мы работали с Градским,
то более скверный характер оказался у меня"

9 - 15 февраля 2004 года

"Теленеделя"


Продавец радости - Александр Градский

- Вот здесь у меня весь "Миллениум», - он поднял над головой две небольшие, плотно сбитые пачки, -1400 билетов, которые люди постепенно раскупят по одному-два. Потом они придут на концерт и получат свой кусочек радости. Неужели, вы думаете, не увлекательно - доставлять людям радость? Ведь я имею к этому прямое отношение, я объединяю публику и артиста. Я финансирую, вкладываю деньги в проект.

Итак, продавец радости, организатор сотни гастролей русских артистов и исполнителей в Америке, продюсер - Алексей Храповицкий в гостях у «Теленедели».

- Вы привозите сюда имена, которые все знают, но никто не знает вас, вы всегда за кадром? Не бывает обидно?

- Обидно?! Да что вы! То, что я делаю, доставляет мне огромное удовольствие. Это дело всей моей жизни. Из своих 46 лет - 27 лет я занимаюсь именно организацией концертов.

- Прямо с пеленок начали?

- Почти. Свои первые концерты я организовал еще в школе, в Москве. Делал первые концерты «Машине времени», Саше Градскому, другим пионерам рок-движения. Разумеется, всё это было запрещено и гонорары у ребят были смешные. Но для меня это был богатейший опыт как деловой, так и духовный, я во многом сформировался под влиянием этих людей. Частенько все эти подпольные гастроли заканчивались общими "повязками", мы с артистами не раз сидели в одной кутузке и в одной камере. Никакого политического подтекста, страну не волновали крамольные тексты и т.д. Ее беспокоили неконтролируемые заработки.

Потом я стал заниматься этим вполне легально. Прошел лучшую в стране и единственную профессиональную менеджерскую школу - оно называлась комсомол. В отделе культуры московского горкома ВЛКСМ я отвечал за спецмероприятия, концерты и фестивали в стране и за рубежом. Это тоже, был уникальный опыт, как бы мы ни относились к тому времени и cтрою.

- Опыт, который пригодился в Америке?

- Бесспорно. В Америке я просто продолжил делать то. что умел лучше всего. Правда, с небольшой паузой. В 91-м году времена были относительно дикие, наши артисты сюда не ездили или ездили очень мало. Публики тоже было мало или она еще не созрела. Честно говоря, патовая была ситуация для шоу-бизнеса. Когда я сюда приехал и начал изучать рынок, билеты по 8 долларов считались дорогими, а по 10 долларов - просто безумием. Мне пришлось два года выжидать. Поработал немного на такси, а потом сразу попал в бизнес аналитики на Уолл-стрит. Хорошее было место, но я люблю свою работу...

А с 93-го годи аудитория очень сильно изменилась, омолодилась и подросла в образовательном уровне. В строну стали приезжать молодые ребята - программисты из Москвы, Питера, Киева. И они с ходу начинали прилично зарабатывать. Поэтому и цены на билеты сразу выросли. Это люди, которые приезжали сюда с хорошей профессией в руках. Они не шли подметать улицы, не садились в такси, ни дня не сидели ни на каких программах. Это был уже совсем другой зритель. Хотя я люблю и уважаю любую аудиторию.

- А исполнители? Их вы любите?

- Конечно люблю, более того, я работаю только с теми людьми, которых хорошо знаю и уважаю, творчество которых мне близко. Понимаете, в нашем бизнесе у каждого есть своя ниша. Так вот моя стезя - это артисты, которых по телевизору увидишь нечасто. Это не заезженные имена, и далеко не всегда они дают большую коммерческую отдачу, но это мой принцип, и я счастлив, что могу его придерживаться.

- Нет соблазана привезти кого-то беспроигрышного, заработать на нем?

- Абсолютно нет. Я не получу от этого никакого удовлетворения. Когда я смотрю сегодняшнюю попсу, мне хватает ровно 15 секунд дли того, чтобы подойти и выключить телевизор. Мне эти люди неинтересны как личности, как профессионалы. Значит, успешного бизнеса тоже не получится. Я это знаю.

Но люди могут по-разному относиться к своей профессии. Вот, скажем, повар: один готовит с душой, придумывает что-то, изобретат. Другой - просто мелко рубит, шинкует, солит, перчит и подает на стол. То же самое и у нас.

Ты можешь делать свою работу ради денег, а можешь ради какого-то кайфа внутреннего. Мне повезло, у меня есть и то, и другое. Это такая золотая середина.

- Мы говорим только о русской публике, к сожалению?

- К сожалению, да. В моей практике был единственный артист, который собрал американскую публику. В 99-м году мы с Сашей Градским делали большой концерт в Карнеги-холле, тысяча сто билетов была раскуплена американцами. Думаю, что этот рекорд до сих пор никто не побил. Конечно, была реклама в американской прессе. Но главное - что мне было что рекламировать. Был прецедент. Градский пел классический репертуар, полтора часа хорошего пения. А попсовый русский исполнитель - кому он нужен здесь?

Из серьезных исполнителей все, кто мог бы присутствовать на мировом рынке, уже там присутствуют. Евгений Кисин и Дмитрий Хворостовский - на них все билеты проданы далеко вперед. У Ростроповича - гастроли на пять лет вперед расписаны поминутно. Но это люди, которые не принадлежат одной стране, это часть мировой культуры, мировой цивилизации. Им в «Миллениуме» делать нечего.

- По какому принципу вы отбираете исполнителей? По личным симпатиям или проводите какое-то исследование среди друзей , родственников?

- Понимаете, я всегда в курсе дела. Никаких дополнительных исследований. Я в этом варюсь всю жизнь. Я знаю, какой артист в какой аудитории примерно пройдет или не пройдет. Есть, конечно, свои маленькие секреты. Когда я собираюсь кого-то пригласить, то я представляю своих друзей, они для меня мерило. А если речь идет о музыке, то я делаю еще такой ход. Мой ближайший друг дистрибьютор всей русской видеоаудио-продукции здесь. Я всегда смотрю, сколько чего у него продается. Это отличный показатель. Вот сейчас есть безумно популярный исполнитель, а на его продукцию настоящий спад. Но это тоже поправимо. Иногда люди могут просто подзабыть имя, им стоит только напомнить, снять хороший клип. И дело пойдет.

Конечно, нельзя не ориентироваться на Россию. Как бы мы к этому ни относились, но у нас одно культурное и информационное пространство, Обычно раскрутка идет таким образом. Человек снимает клип и пускает его там по телевидению. Начинает его окупать, ездит по стране. Обычно это Москва, Питер, редко Киев, а следующий - Нью-Йорк. Интересно, что для публики в России еще срабатывает легенда, что, если человек побывал на гастролях в Америке, он пользуется успехом.

- А как насчет новых, свежих имен?

-Новое имя сегодня найти очень сложно. Смотрите сами: одни и те же имена в течение года по штатам ходят табунами. Залетели, прочесали, улетели. Нужен глоток свежего воздуха, и я очень рад, что могу представить своим зрителям достаточно новое имя.

Это замечательный самобытный автор Тимур Шаов. Это настоящий профессионал. 14 марта начинаются его гастроли в "Миллениуме". Потом Чикаго, Сан-Франциско, Майами...

А в феврале пройдут гастроли человека, с именем не новым, но очень свежим. Это Юлий Ким. Я организую его гастроли третий раз, и всегда он собирает полные залы. Это великий автор, исполнитель и драматург. При этом удивительно скромный человек. Далеко не все знают, что он писал для таких известнейших фильмов, как «Обыкновенное чудо», «Формула любви», «Бумбараш».

- С кем еще вам приходилось работать?

- С Аркадием Аркановым, Левоном Оганезовым, Михаилом Задорновым, Яном Арлазоровым, Семеном Альтовым, Семеном Фарадой, Михаилом Жванецким (когда-то я был его литературным агентом), Константином Никольским, Борисом Сичкиным, группой «Аракс», "Машиной времени". Много работал с Александром Абдуловым и Леонидом Ярмольником. Кстати, не знаю человека более трудолюбивого, чем Ярмольник. Он мог давать по шесть-семь концертов. Очень хорошо знаком с Александром Градским - это исключительная личность и я очень ценю теплые отношения, которые сложились между нами.

- А говорят, Градский - человек с чрезвычайно тяжелым характером?

- Ерунда. Он просто знает, чего хочет. И если другие люди не понимают того, как он себя видит и ощущает, то это их проблемы.

Он имеет на это право. Он очень много лет себя растит, лелеет, выстраивает очень четкие отношения с обществом. Он заслуживает того, чтобы с ним считались.

Он не должен ничего никому доказывать, он уже давно всё всем доказал. А поскольку он личность яркая и интерес к нему большой, то бытует мнение, что у него такой скверный характер. Честно говоря, когда мы с ним вместе работали, то более скверный характер оказался у меня. Понимаете, когда дело доходит до организации, четкого распорядка дела, то приходится быть жестким и вредным. Разумно жестким, конечно. Такая наша работа.

Но это всё остается за кадром, занавесом. Главное же для меня, - чтобы зритель пришел на наш концерт и получил настоящее удовольствие, радость. Чтобы мир после этого показался ему лучше, мягче и добрей. И это тоже моя работа.

Предыдущая публикация 2004 года                         Следующая публикация 2004 года

Просто реклама и хотя музыка здесь не причем скачать бесплатно CD online

Более того, телевизионное вещание — общегосударственное и общенародное, и народ до недавнего времени думал, что он владеет правами на это телевидение. Ему сейчас объяснили, что он ничем не владеет, и, видимо, народ это уже понимает.... Подробнее




Яндекс.Метрика