Андрей Макаревич

Сам овца: Автобиографическая проза

(фрагмент)

2002 г. Издательство "Захаров"


Андрей Макаревич - Александр Градский

Исключение опровергает правило

Когда я был совсем маленьким, моему отцу доставляло огромное удовольствие, посадив меня к себе на колени, заговорщическим тоном промолвить: "Молодец - против овец. А против молодца?.." И я, замирая от восторга, торжественно произносил: "Сам овца".

Это необыкновенно радовало моих родителей. Мне же в ту минуту виделась картина, не имевшая никакого отношения к истинному смыслу пословицы.

А видел я бескрайнее туманное поле - поле предстоящей битвы. Слева располагалось русское войско - на конях, в островерхих шлемах, как в фильме "Александр Невский". Справа до горизонта мрачно теснились овцы. От человеческого воинства отделялся и выезжал вперед Молодец - витязь-богатырь вроде Микулы Селяниновича. Навстречу ему из стада овец выдвигался их предводитель - мощное и свирепое животное: Сам Овца. Они медленно сближались.

Поединок Молодца и Самого Овцы определял исход всей дальнейшей битвы. Картина получалась грозная и торжественная.

Только много лет спустя, мне вдруг открылось общепринятое прочтение этой крылатой фразы. И я, надо сказать, был сильно разочарован ее убогой назидательной мудростью.

Конечно, в детстве я был не один такой странный. Два моих товарища в разное время признались мне, что первая строчка русской народной песни Шумел камыш, деревья гнулись вызывала в их сознании образ некой мыши-шумелки. Которая, видимо, шумела так, что гнулись деревья.

Эстрадная песня со словами Долго будет Карелия сниться, будут сниться с этих пор остроконечных елей ресницы над голубыми глазами озер читалась моим другом Максимом Капитановским следующим образом: "Долго будет Карелия сниться, будет сниться с этих пор: остроконечно ели ресницы над голубыми глазами озер".

Макс в детские годы боялся этой песни. Действительно, если кто-то ест ресницы, да еще как-то остроконечно - согласитесь, это, в общем, жутко, и даже задушевный вокал Марии Пархоменко не спасает ситуации.

Историй таких можно вспомнить множество. И очень жаль, что с годами наше ухо теряет способность различать эти волшебные вещи в потоке общепринятых банальностей. Хотя, бывают, конечно, исключения. Однажды мы сидели за столом с Александром Градским и пили шампанское, не помню уже по какому поводу. Вдруг Градский поднес бокал с вином к уху, глаза его затуманились. Потом Градский сказал: "А ну-ка, Макар, вот мы сейчас проверим - поэт ты или не поэт. На что похож этот звук?" С этими словами он поднес шипящее шампанское к моему уху. Звук действительно напоминал что-то знакомое. "Может быть, шум стадиона?", - неуверенно предположил я. "Ни хуя ты не поэт!, - расстроился композитор. - Вода в бачке так журчит!"


Предыдущая публикация 2002 года                         Следующая публикация 2002 года

Просто реклама и хотя музыка здесь не причем скачать бесплатно CD online

Пожалуй, если к протестующему тогда против застоя применимо понятие «панк», то Градский был именно таким «панком» уже задолго до того, как это понятие стало всеобщим явлением. Он был своеобразным Джимом Морисоном или Миком Джагером на нашей сцене... Подробнее




Яндекс.Метрика