Консерватор Александр Градский

По материалам: "АиФ Москва"

"ПРИХОДИ, - сказал Александр Борисович по телефону, - я болею и буду весь вечер дома. Только не ешь ничего. Как раз жарю котлеты..." "Да, - думала я, - наслаждаясь чудом кулинарного искусства, сотворенным руками народного артиста России, - талантливый человек талантлив во всем". Я сидела за столом под огромным красно-коричневым абажуром. В квартире витал дух московской старины. Темно-коричневый кожаный диван с простеганной ромбиками спинкой. У стены высилась громада резного буфета, который много лет назад ГРАДСКИЙ подобрал на помойке, - такие вещи одно время были не в моде, москвичи их выбрасывали.



Александр Градский
Фото Владимира Родионова

Две страсти

УКАЗАВ на мерцающие в полумраке медные дверные ручки, Александр Борисович спросил:

- Нравится? Это я тоже нашел в сломанном доме. И двери оттуда. Оказывается, я консерватор. В каждой новой квартире сохраняю дух предыдущей, почти в точности повторяю любимые комнаты. Здесь у меня и кабинет, где я в основном обитаю, и кухня такие же, как были раньше. Ну чуть побольше и покрасивее. Вот такой у меня роман с вещами. Но возник он довольно поздно. Примерно лет до 27 ненавидел любую мебель. Было все равно, на чем спать, на чем есть. А потом попал в дом, где были потрясающие старинные вещи - екатерининская кровать, бюро из розового дерева... И хотя они не гармонировали друг с другом и уж тем более с малогабаритной квартирой, я в них влюбился. И роман затянулся на всю жизнь.

- А как же еще одна страсть - музыка?

- Я занимаюсь тем, что мне интересно. Мне предлагают, я выбираю. Есть какой-то постоянный доход, и я перестал думать о том, как заработать все больше и больше. Зачем? Если хватает денег на строительство дома, на то, чтобы детей учить, то и рвать когти больше нечего.

- А когда появилось ощущение своей исключительности, которая позволила делать то, что хочешь?

- Я рано начал играть в группе. Перспектива, что сын будет жить богемной жизнью, отца не очень радовала. Мама, к тому времени она уже умерла, была из несостоявшихся провинциальных актрис. И отец, видимо, насмотрелся всякого. Он хотел, чтобы я жил, как все. Я месяца полтора честно ездил через весь город на курсы в какой-то идиотский институт, слушал лекции, абсолютно бредовые. И понял, что это не мое. Потом еще славно потрудился в каком-то НИИЧАВО: "Возьми болванку, брось ее туда". Зарплата - 80-90 руб. А параллельно мои "Скоморохи" развивались. Вдруг выяснилось, что люди хотят нас видеть и платить деньги за работу: на танцах, на концертах - не важно. У меня получается то 300, то 400 руб. в месяц. А отец получал 180, окончив институт, занимая в министерстве высокий пост. А мне было 17 лет... Потом он стал интересоваться тем, что я пою, сочиняю, и посоветовал идти учиться. Я поступил в Институт имени Гнесиных. Выбор был сделан.

Фамилия обязывает

- В 74-м г. журнал "Billboard" называет тебя звездой года, в этом же году появляется фильм "Романс о влюбленных", где ты - композитор, поэт, певец. Андрей Кончаловский представляет тебя Джине Лоллобриджиде: "Это наш российский гений..."

- ...А я ей сказал на своем чудовищном тогда английском нечто вроде: "Что-то вы не очень хорошо выглядите, милочка".

- Ты во многом был первооткрывателем в профессии, нет ощущения, что тебя недооценили?

- Ну послушай, я народный артист, лауреат Госпремии, заслуженный деятель искусств, каких-то регалий там вагон... Но, правда, такой же вагон есть и у людей, ничего не сделавших в искусстве. Что такое недооцененность? Чтобы весь мир заходился от восторга? Но на Западе меня узнали, когда мне было уже лет 39, староват я был для карьеры. Ну спел в "Карнеги-холл". После такого фантастического концерта, когда стены дрожат от оваций, толпа на выходе, я должен был проснуться знаменитым. Но это только в голливудских сказочках бывает. А я каким заснул, таким проснулся и полетел на... Родину.

- Не приходилось жалеть, что наговорил лишнего?

- Эмоциональность перехлестывает, но, если я начну говорить то, что думаю на самом деле, будет еще хуже. Есть вещи, которые мне настолько отвратительны... Поэтому я себя сильно сдерживаю.

- А как удается столько лет подряд оставаться перпетуум-мобиле?

- При первой же возможности валюсь на диван, накапливаю энергию. Иногда меня очень хорошо заводят люди. Но корень, я думаю, в трудоголизме. Если человек работает и энергетика у него космическая, как это сейчас называют, имеет место, то это все умножается и результат получается громадный.

- А свой Эверест ты уже покорил?

- Нет. Я все-таки "Мастера и Маргариту" не сделал. Это, наверное, Эверест.

- Тебя часто предавали?

- Немного. Но очень резко. Я не виню этих людей. И зла на них не держу. Навсегда вычеркиваю этого человека из своей жизни. Но никогда не мщу. Это один из моих жизненных принципов: сиди на своем крыльце, ни во что не вмешивайся, и мимо тебя пронесут труп твоего врага. А второй - если дадут линованную бумагу, то напиши на ней поперек. Только теперь я уже сам разлиновываю эту бумагу. Честно говоря, это не так уж и просто - всю жизнь кровью харкать ради одной секунды истинного откровения.

- Кому многое дано, с того многое и спросится.

- Но давал-то Один (Градский поднял указательный палец вверх), а спрашивают все время другие, совершенно посторонние люди, которые к этому дару никакого отношения не имеют (хохочет). Убойная фраза? Вот ради таких фраз и стоит давать интервью.

Марина НЕВЗОРОВА 24/07/2002


Предыдущая публикация 2002 года                         Следующая публикация 2002 года

Просто реклама и хотя музыка здесь не причем скачать бесплатно CD online

За Градским, в отличие от того же Шевчука или Макаревича, не идет слава политического певца. Его посты не разносит сумасшедшими тиражами либеральный «Фейсбук», его нравоучения не заполняют блоги фрондирующей радиостанции. Может быть, потому что в них не употребляются слова «президент» и всем известные фамилии? Ну и пусть — как в том старом анекдоте про советского диссидента, раздававшего на Красной площади чистые листки: «И так же все понятно».... Подробнее




Яндекс.Метрика